Бросаю монету в кепку бродяги,
Мне мелочь не жалко, лишь сдача всего,
Наверное, стали мы чуточку скряги,
Судьба пролетает и жизнь оттого.
В лохмотьях старинных, со свалки наверно,
Пиджак детский вроде, ему по плечу,
Всего лишь копейка, но счастье безмерно,
Скажи мне бродяга, за что я плачу.
И лица другие, у нищих едва ли,
Румянец багровый подёрнет щеку,
В морщинах с землёю, что лишь пропахали,
Разрывы от оспы, направо к виску.
В пакете еда, барахло и закуска,
В глазах пустота, недоверие, стыд,
И по лицу не понять, кто ты русский?
У нас помнят всех и никто не забыт.
Витрины мелькают и манят икрою,
Жизнь сытая дразнит и мимо течёт,
Бродяг таких море никто и не скроет,
И в дом их к себе вряд ли каждый возьмёт.
Иду и бросаю монетку я в банку,
А сам в голубые глаза загляну,
Зачем же ты мерзнешь браток спозаранку?
Зачем в переходе сидишь не пойму?
Брезгливо прохожие смотрят в жестянку,
Меняются дни чередой, уходя,
На хлеба краюху и кашу овсянку,
И можно… заснуть папироской чадя.
Пусть сердце не будет жестоким, холодным.
Жалейте других, а потом лишь себя,
Не мелочи ради сидит бомж голодный,
В замерзших руках лоскуток теребя.